Главная » Разное

Рынок высоких достижений

Добавлено на 9 октября, 2012 – 3:50 ППКомментариев нет

Спецпоставки допинга для чемпионов — до $15 млн в год, масс-маркет для «качков» — до $50 млрд в год
Автор: Алина Зубарева

Рынок высоких достиженийКолеса спорта
Возможности человеческого тела беспредельны — это доказывает современный спорт. Профессиональные бегуны способны преодолеть стометровку в среднем за 10 секунд — всего в 3 раза медленнее, чем автомобиль. А скорость пловцов, участвующих в крупных соревнованиях, лишь в 5 раз меньше тои?, что развивает катер. Если раньше мировые рекорды могли держаться десятилетиями, то теперь для этих достижении? и год не время. Но в истории о красивых и феноменальных победах очень часто попадает ложка дегтя. Регулярно то в одном, то в другом виде спорта находятся атлеты, которые принимали допинг, помогающии? улучшить результаты. Гимнастка Алина Кабаева, биатлонистка Ольга Пылева, легкоатлетка Ирина Коржаненко — вот только самые известные персонажи, мелькавшие в скандалах, связанных с применением запрещенных препаратов. Какова роль химиков в современном спорте? Дорого ли стоят их услуги? В лабораториях каких стран разрабатываются формулы, позволяющие бежать быстрее, прыгать выше и поднимать больше? Журнал «РБК» попытался выяснить, кто зарабатывает на допинге.

Цена триумфа
Олимпии?скии? принцип честной борьбы атлеты нарушали столько же, сколько существует профессиональныи? спорт, то есть с античных времен. До начала XX века в качестве допинга использовали вещества растительного происхождения. Так, на Олимпийских играх 1904 года был зафиксирован случаи? применения стрихнина марафонцем из США. А к 1950-м допинг вышел на новыи? уровень. Во-первых, стали другими его формы: это были уже не снадобья, сделанные на коленке по рецепту дедушки, а фармацевтические препараты. Они перекочевали в спорт из медицины, которая развивалась очень быстрыми темпами. Амфетамины, анаболические стероиды, эритропоэтин и гормон роста — все они родом из медицинских лаборатории?. Во-вторых, в корне поменялась мотивация спортсменов, которые боролись не только за пять минут славы.
С конца 1950-х и до начала 1990-х на стадионах мерились силами крупнеи?шие державы — СССР и США — и их сателлиты, и речь шла уже о защите чести страны. Потом появились денежные стимулы. Большои? спорт превратился в бизнес, а самые титулованные атлеты сравнялись в славе и гонорарах со звездами экрана. «Повышение коммерческои? составляющеи? любого вида спорта — одна из причин применения запрещенных препаратов. Чем выше планка победы, тем выше риск их использования», — объясняет связь между финансовыми стимулами и формированием рынка допинга исполнительныи? директор России?ского антидопингового агентства (РУСАДА) Никита Камаев.
Цена триумфа на соревнованиях действительно высока. Призовые команд-победительниц известной велогонки Tour de France измеряются сотнями тысяч евро. Успешные биатлонисты за сезон зарабатывают несколько десятков тысяч евро. По 50 тыс. долларов выплачивает Международная ассоциация легкоатлетических федераций (IAAF) за каждый мировой рекорд. Но даже эти сравнительно большие гонорары перекрывают суммы, которые харизматичные спортсмены получают от рекламных контрактов. Проследить, как менялось количество принимаемого допинга по мере коммерциализации спорта, очень сложно. До создания Всемирного антидопингового агентства (WADA) в 1999 году система контроля была не развита. А, как говорится, не пойман — не вор. Тем не менее судить о масштабе бедствия можно по косвенным доказательствам. «Например, в 1990-е в лыжном, велосипедном и других видах спорта на выносливость был распространен эритропоэтин. Он входил в список запрещенных препаратов, но при этом не выявлялся тестами до начала 2000-х. Естественно, им жутко злоупотребляли. Об использовании допинга можно было догадаться по повышенному гемоглобину в крови: зачастую показатели были 190, 200, 210 г/л [предельная норма для женщин — 150 г/л, для мужчин — 170 г/л. — Прим. «РБК»]», — рассказывает спортивный врач Хельсинкского университета Сергей Илюков, который около 10 лет проработал в системе антидопинга.
«Стандартныи? процент дисквалифицированных спортсменов от количества взятых проб — от 0,5 до 2%», — замечает президент Всероссии?скои? федерации легкои? атлетики России Валентин Балахничев. Правда, точнои? картинки эти цифры все равно не дают. Допинг-пробы даже на таких крупных состязаниях, как Олимпии?ские игры, берутся выборочно. А сколько спортсменов рискнули воспользоваться допингом и не были при этом пои?маны за руку, остается за скобками официальной статистики.

Фабрика чемпионов
Атлеты, уличенные в использовании допинга, крайне редко раскрывают его источник. Еще бы: его продажа считается преступлением во многих странах, в том числе в России. По информации WADA, доставкои? и дистрибьюциеи? запрещенных субстанции? занимаются глобальные криминальные организации. «Согласно данным, которые мы получаем от спецслужб, люди, распространяющие эти препараты, также замешаны в подпольном игорном бизнесе и коррупции в спорте. Продажа допингов — большая индустрия, и нет ничего удивительного, что в неи? участвует оргпреступность», — констатирует генеральныи? директор WADA Дэвид Хаумен.
Значительная часть сырья (химических порошков), необходимого для производства запрещенных субстанции? во всем мире, поступает из Азии. К такому выводу в своем исследовании «Мировои? трафик допинг-веществ», подготовленном в 2007 году, пришел эксперт по вопросам антидопинга Алессандро Донати. Он пишет, что рынок делят между собои? преимущественно Китаи?, Индия и Таиланд: у них сильная фармацевтическая промышленность и производство стоит копеи?ки из-за дешевои? рабочеи? силы. «Кроме того, в тех же Китае или Индии обои?ти закон гораздо проще, чем в западных странах. Там, где развитая фармацевтика, ориентированная на экспорт, где много заводов и мягкое законодательство, и начинается подобныи? бизнес», — заключает бывшии? глава России?скои? антидопинговои? службы Николаи? Дурманов.
По словам директора по исследованиям и консалтингу ЦМИ «Фармэксперт» Николая Беспалова, сырье изготавливают не в промышленных масштабах, а в лабораторных. С ним согласен Сергеи? Илюков. Он подчеркивает, что допинг — вотчина небольших частных фабрик. Прибыль, которую получают такие производства, может в 10–100 раз превышать затраты на выпуск продукции, сообщают в WADA.
Правда, черныи? бизнес не всегда делают под вывесками маленьких неприметных предприятии?. В 2007 году американские власти изъяли 3,6 млн долларов с нью-и?оркского счета китаи?скои? корпорации GeneScience Pharmaceuticals Company, которая заработала эти деньги на незаконнои? реализации гормона роста в США. Она занималась теневым сбытом наряду с легальнои? продажеи? гормона для медицинских целеи?. Как отмечает в докладе, посвященном допингу, американскии? сенатор Джордж Митчелл, по итогам того же 2007-го GeneScience была признана самои? прибыльнои? китаи?скои? фармацевтическои? компаниеи?. Она обратила на себя внимание в ходе операции Raw Deal, которую проводили на своеи? территории спецслужбы сразу нескольких стран — США, Мексики, Канады, КНР, Бельгии и т.д. Это была одна из самых массовых облав на подпольные лаборатории, которые занимаются фасовкои? допинг-препаратов.
Правоохранители выяснили, что GeneScience отнюдь не одинока и сырье в эти лаборатории поставляют 37 китаи?ских оптовиков. Если предположить, что каждая из фирм заработала столько же, сколько GeneScience, то речь идет о сумме в 133 млн долларов, из которых не меньше 120 млн — чистая прибыль. И это только один, обнаруженный, кусочек теневого рынка. Алессандро Донати считает, что упаковочный конвеи?ер действует на территории десятков стран. Оптовики из Азии, криминальные организации, которые занимаются транспортировкои? сырья, а также фасовщики по всему миру — это первые звенья в цепочке рынка. У кого же непосредственно атлеты приобретают допинг?

Элитный сегмент
До конечных потребителеи? препараты доходят по стандартнои? чернои? схеме. «Этот бизнес функционирует так же, как продажа наркотиков. Когда человек заинтересован в допинге, то через сеть знакомых отыщет, грубо говоря, барыгу», — описывает механизм Сергеи? Илюков. Часто в роли розничных продавцов выступают «черные» врачи. Схема, по которои? они работают, была выявлена в 2003 году в ходе расследования дела BALCO. Американскии? врач Виктор Конте, на бумаге владевшии? фирмои? BALCO по продаже пищевых добавок, на деле обеспечивал допингом десятки спортсменов, выступавших на самом высоком уровне, — легкоатлетов, велосипедистов, баскетболистов и т.д. Однои? из его именитых клиенток была легкоатлетка из США Мэрион Джонс. За употребление допинга, купленного у Конте, ее лишили нескольких золотых медалеи?, завоеванных на Олимпиаде в Сиднее. Кстати, именно тренер Мэрион, Тревор Грэхем, помог Антидопинговому агентству США (USADA) выи?ти на след BALCO. Во время обысков в офисах компании сыщики нашли сами препараты, зашифрованные списки атлетов и совершенных с ними сделок. Конте был признан виновным в распространении запрещенных веществ и несколько месяцев провел в тюрьме.
«Черные» врачи хорошо осведомлены, какие препараты находятся на этапе разработки и где они испытываются, и иногда умудряются доставать их прямо на стадии клинических испытании?», — рассказывает Николаи? Дурманов. Например, в 2002-м на Олимпиаде в Солт-Леи?к-Сити в пробах российских лыжниц Ларисы Лазутинои? и Ольги Даниловои? обнаружили дарбэпоэтин — препарат, которыи? официально находился на стадии клинических тестов. В силу своеи? профессии и круга знакомств «черные» доктора отлично знают лекарственный рынок и стараются перехитрить допинговых контролеров. В их бизнесе, как правило, фигурируют суммы в десятки и сотни тысяч долларов либо евро. «Один из «черных» докторов продавал элитному спортсмену на цикл подготовки ампул 20–30 по 1,5–2 тыс. долларов, а за медаль чемпиона мира просил еще от 10 тыс. до 25 тыс. долларов», — продолжает эксперт. Получается, такои? врач гарантированно зарабатывает на одном целеустремленном атлете около 30 тыс. долларов плюс бонус. Если говорить о специалисте вроде Виктора Конте или другом именитом «черном» докторе испанце Эуфемиано Фуэнтесе, которые за время практики обросли клиентами, то их ежегодныи? доход может приближаться к 1 млн долларов.
Директор российского отделения исследовательской компании Cegedim Strategic Data Давид Мелик-Гусейнов называет рынок допинга для профессиональных спортсменов luxury-сегментом. Ему действительно присущи все атрибуты рынка для избранных: высокие цены на товар и маленькое число покупателей. Его объем никому доподлинно неизвестен, но порядок сумм рассчитать можно. Наибольшее количество допинговых разоблачений приходится на несколько видов спорта — велосипедный, легкою и тяжелую атлетику, плавание, лыжные гонки и биатлон. Общее число профессиональных спортсменов, регулярно выступающих в соревнованиях по этим видам спорта, — по меньшей мере 24 тыс. человек. До 2% из них попадается на допинге. То есть объем сегмента luxury составляет порядка 14,4 млн долларов ежегодно. Немного. Тогда для кого тоннами везут свое сырье азиатские оптовики?

Масс-маркет
Профессиональные спортсмены, настаивают эксперты, лишь маленький кусочек обширного рынка. Основная же масса потребителей — посетители фитнес-центров и боди-билдеры. Они используют допинг не для побед и крупных гонораров, а в большинстве своем ради подтянутого и привлекательного внешнего вида. Впрочем, иногда это тоже не лишено денежной выгоды. Арнольд Шварценеггер, многократный «Мистер Олимпия», откровенно признался в одном из интервью, что употреблял стероиды в период своей успешной карьеры в бодибилдинге.
По оценкам Алессандро Донати, не менее 15 млн таких любителей во всем мире принимают допинг. А способы его получения весьма незатейливы. В первую очередь это розничная торговля в Интернете. В открытом доступе, без требования паролей-явок работает не один и даже не десяток сайтов, на которых ведется торговля стероидам и медицинскими препаратами вроде гормона роста и эритропоэтина. Из фасовочных цехов и лабораторий они обычной почтой идут к потребителям, сделавшим заказ онлайн.
Выручка одного такого продавца на крупных рынках может достигать десятков миллионов долларов. Скажем, Signature Compounding Pharmacy, которая фигурировала в докладе сенатора Джорджа Митчелла, выручала на онлайн-продажах 40 млн долларов в год.
Для сравнения, это более 9% годового оборота крупной российской аптечной сети «Ригла» и 14% оборота другого заметного игрока отечественного розничного фармрынка — сети «А5». Обнаружить концы нелегального бизнеса во Всемирной паутине очень сложно, поэтому виртуальная торговля столь популярна среди продавцов искусственных мускулов. Еще один способ доставки — через фитнес-центры. Слухи о подобном варианте распространения доходили, например, до президента Федерации бодибилдинга и фитнеса России Владимира Дубинина.
Основную долю в массовом сегменте теневого рынка занимают анаболические стероиды, наиболее востребованные сред и «качков» и культуристов. Общее количество доз анаболиков, которое выбрасывается на рынок, по подсчетам Алессандро Донати, составляет 14 млрд. Средняя цена на дозу, если брать стоимость препаратов в онлайн-магазинах, — примерно 3 доллара. Таким образам, стероиды могут приносить дистрибьюторам не менее 42 млрд долларов в год. Еще 4,9 млрд, полагают эксперты, приходится на эритропоэтин и гормон роста, которые на черном рынке стоят в десятки раз дороже стероидов, но продаются в меньшем количестве — около 34 млн доз. Плюс 2,2 млрд долларов дает торговцам тестостерон. В итоге общий объем рынка приближается к 50 млрд долларов. Цифра очень большая. Для сравнения, розничный рынок кокаина, по оценке Управления ООН по наркотикам и преступности, равен 85 млрд долларов, а рынок опиатов — 68 млрд. Помимо внушительного объема рынка допинг и наркотики объединяет то, что они вызывают зависимость. В случае с допингом это прежде всего зависимость психологическая: принимая препараты, человек уверен, что его организм способен на многое. Без них он эту уверенность теряет. Ну а пока есть высокий спрос, искоренить предложение властям будет крайне сложно.

Главные цифры рынка
Главные цифры рынка
50 млрд долларов — примерный объем мирового розничного рынка допинга
14,4 млн долларов — минимальная оценка рынка допинга для профессиональных спортсменов
40 млн долларов — годовой доход одного интернет-магазина, продающего допинг-препараты
30 тыс. долларов — годовой доход «черного» врача с одного спортсмена
900% — минимальная норма прибыли производителей сырья для изготовления запрещенных препаратов

Оставить комментарий!

Добавить свой комментарий ниже, или Архив с вашего собственного сайта. Вы также можете Comments Feed через RSS.

Будьте вежливы. Не отходите от темы. Не спамте.

Вы можете использовать эти теги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Это сайт поддерживает Gravatar. Чтобы получить свой собственный аватар, пожалуйста, зарегистрируйтесь на Gravatar.